Меню

Задремала и приснилось ей будто бы она россия

ЛитЛайф

Жанры

Авторы

Книги

Серии

Форум

Татьяничева Людмила Константиновна

Книга «Стихотворения»

Читать

Людмила Константиновна Татьяничева (1915—1980) — русская советская поэтесса, прозаик, общественный деятель.

Она родилась 6 (19) декабря 1915 года в в тихом среднерусском городке Ардатове в семье сельской учительницы и студента-медика. В 10 лет осталась круглой сиротой.

На воспитание девочку взяли бездетные родственники из Свердловска. В этой интеллигентной семье всячески поощряли поэтический дар Людмилы, который она унаследовала от матери.

В 19 лет, прервав учебу в Свердловском институте цветных металлов, отправилась по зову души на строительство Магнитки, где её в 112-м «писательском» бараке приютила семья поэта М. М. Люгарина. Работала в «Магнитогорском рабочем» – репортером, литработником в отделе писем, руководителем отдела культуры и быта. Литературная жизнь Магнитогорска тех лет била ключом. В ней участвовали Борис Ручьев, Василий Макаров, Александр Авдеенко, Михаил Люгарин, Марк Гроссман, Вячеслав Дробышевский, Николай Смелянский, Анатолий Панфилов и другие.

Работу, творчество, общественную деятельность, воспитание сына Людмила Татьяничева совмещала с обучением в Литературном институте имени Горького.

В 1944 году в Челябинске вышел ее первый сборник «Верность». Через несколько месяцев поэтесса возглавила областное книжное издательство. И на этой должности стала «крестной матерью» для многих молодых южноуральских поэтов.

В 1965 году переехала в Москву, где 10 лет работала секретарем правления Союза писателей РСФСР.

Ее награды: орден Октябрьской революции (1975), орден Трудового Красного Знамени (1965, 1971), орден «Знак Почета» (1952, 1960). В 1971 году за книгу стихов «Зарянка» удостоена Государственной премии РСФСР имени А. М. Горького.

Скончалась Людмила Татьяничева 8 апреля 1980 года. Похоронена на Кунцевском кладбище в Москве.

Людмила Константиновна Татьяничева

Если бы к человеческим судьбам, как к поэмам или повестям, принято было давать эпиграфы, то эпиграфом к судьбе моего поколения я взяла бы известные строки Маяковского:

Я думала об этом возле памятника комсомольцам первой пятилетки, установленного недавно в одном из новых скверов правобережного Магнитогорска — вечно юного города моей юности…

Жизнь, в её неудержимо стремительном движении, редко дарит нам такие минуты, когда действительность прошлого, оживая в памяти, сливается с настоящим. События давних лет с новой силой волнуют тебя, и ты понимаешь, что всё лучшее, всё главное в твоей судьбе, как ветвь с могучим стволом, связано с жизнью народной. Да иначе и не могло быть — ведь моё поколение росло и мужало вместе с революцией!

Революции, советскому строю я обязана решительно всем. И прежде всего нелёгкой, но единственно необходимой для меня судьбой поэта…

Родилась я в декабре 1915 года в тихом среднерусском городке Ардатове, что стоит на высоком берегу реки Алатырь.

Отца своего не помню. Он умер, когда мне было три года. Моя мать, Агриппина Степановна Татьяничева, учительствовала. По отзывам людей, знавших её, была она человеком одарённым и необычайно добрым. Людям, попавшим в беду, готова была отдать последнее. Она писала стихи, вела дневник. К сожалению, мне не пришлось прочитать ни одной строки. Стихи её не сохранились…

Последние годы мы жили в мордовском селе Хлыстовка Чамзинского района.

Отчётливо помнится небольшое школьное здание с двумя классными комнатами и боковушкой, в которой мы ютились.

Через тонкую перегородку я слышала спокойный голос матери, терпеливо и методично обучавшей малышей азам русской грамоты.

В те годы вся Россия садилась за ученические парты. По вечерам мама уходила в Народный дом — учить грамоте взрослых. Одной мне оставаться было страшно, и мама брала меня с собой. Эти вечера в полутёмном холодном клубе запомнились на всю жизнь. Взрослые, а нередко и совсем пожилые люди, в лаптях и латаной-перелатаной домотканой одежде, подобно детворе, хором повторяли: «Мы-не-ра-бы».

Острой болью врезался в память день смерти Ленина. Лютый мороз. Скорбные лица. Немая тишина… Мамины тонкие руки обвивают траурной сатиновой лентой портрет улыбающегося Ильича. В глазах у мамы — непролитые слёзы. От этого глаза кажутся ещё темнее и больше.

А два года спустя на мои плечи обрушилось новое большое горе. После неудачной операции в Казани умерла моя мать.

Мне очень хотелось запомнить её могилку, тот бедный холмик, в изголовье которого не было ни креста, ни памятника, ни красной звезды. Я сняла со своей шеи шерстяной шарфик и обвязала им тёплый ствол берёзки, росшей поблизости, искренне веря, что по этой примете смогу безошибочно отыскать дорогую для меня могилу.

Так оборвалось моё детство…

Мне было всего десять лет, когда я впервые самостоятельно отправилась в дальний путь. В старом фанерном баульчике уместился весь небогатый скарб. А путь мой лежал на Урал, в Свердловск, где жили дальние родственники Кожевниковы. Своих детей у них не было, и они решили взять меня на воспитание.

Семья была интеллигентной. Константин Рафаилович Кожевников был человеком незаурядным. Он беззаветно любил свою профессию преподавателя физики. Страстный охотник, с детства влюбленный в Урал, он охотно делился со мной своими знаниями и наблюдениями, учил понимать живую душу природы.

Его жена, Мария Александровна, преподавала русский язык и литературу в различных учебных заведениях Свердловска, всячески поощряя моё увлечение поэзией. Книжные шкафы в моём новом доме ломились под тяжестью книг, и я всё своё время, остававшееся от школьных занятий, отдавала чтению.

После окончания семилетки началась для меня трудовая жизнь: я пошла работать на вагоностроительный завод имени Воеводина ученицей токаря. Здесь впервые ощутила чувство рабочего товарищества и личной причастности к коллективному труду. И ни с чем не сравнимую радость, когда из куска металла формируется точная деталь, сверкающая стальными гранями. Деталь, выточенная твоими собственными руками!

Завод находился в самом центре Свердловска, недалеко от городского пруда. Он составлял частицу истории старого Екатеринбурга. Недавно, приехав в Свердловск, я увидела на месте старых приземистых цехов «Монетки» (монетного двора, преобразованного впоследствии в вагоностроительный завод) пустырь, на котором поднимется зелёный сквер. Наверное, очень красивый сквер. И всё же мне всегда будет недоставать моего первого завода. Говорю «первого» потому, что был и есть ещё один завод — могучий Магнитогорский комбинат, вошедший в мою судьбу заглавной страницей…

Встреча с Магниткой произошла весной 1934 года. Окончив рабфак и два курса института цветных металлов, я поехала на великую стройку у подножья горы Магнитной.

Почему? Потому что не поехать туда не могла! Ведь Магнитка в те годы для молодого сердца значила не меньше, чем Сибирь для молодёжи шестидесятых годов.

Встретил Магнитогорск порывистым степным ветром, величавыми силуэтами первых домен и коксовых батарей, весёлым стрекотом перфораторов, стремительным ритмом жизни. И, конечно, барачным неуютом, бездорожьем, огромными пустырями. И первым букетом из серебристого ковыля— травы одичалых земель.

Зато — всюду молодость. Можно было целыми днями ходить по городу и не встретить ни одного старика. А пожилые люди казались по-спортивному молодыми и задористыми.

Горком комсомола направил меня в редакцию городской газеты «Магнитогорский рабочий». Работала репортёром в отделе хроники, литературным работником в отделе писем, заведовала отделом культуры и быта. И, разумеется, продолжала настойчиво пробовать свои силы в поэзии.

Читайте также:  Если приснилось затопленное кладбище

источник

Задремала и приснилось ей будто бы она россия

Издатели стремились дать читателю подборку наиболее значимых произведений крупного исследователя, мыслителя, писателя.

Источники публикации указаны в преамбулах комментариев к каждой работе. Публикация базируется, как правило, на последних прижизненных (или вышедших в ближайшие годы после кончины М. О. Гершензона) изданиях.

При составлении тома издатели руководствовались не хронологическим, но, по возможности, тематическим принципом.

В предлагаемом издании авторские примечания по техническим причинам перенесены в конец книги и их подстрочная нумерация изменена на сплошную; незначительные редакционные изменения внесены с целью несколько приблизить библиографические описания к принятым ныне (полностью это сделать и трудно, и вряд ли необходимо); раскрыты некоторые сокращения в названиях журналов и других изданий.

Издатели сохраняют написание отдельных слов у М. О. Гершензона, даже если они расходятся с принятым в наши дни; его пунктуация также сохраняется. Очевидные опечатки исправлены без оговорок. В тексте сняты наращения при обозначении дат (чисел, месяцев и годов), поскольку автор не придерживался какого-либо единого принципа в их написании. Принятые в изложении автора инициалы многих его героев для удобства читателя заменены полными именами и отчествами (с незначительными исключениями).

Полная библиография трудов М. О. Гершензона, составленная Я. З. Берманом и опубликованная им в 1928 г., дополнена библиографией трудов М. О. Гершензона, опубликованных после 1928 г. вплоть до 2006 г., равно и литературы о нем (составитель И. Л. Беленький). Все работы М. О. Гершензона комментированы.

Русская критика всегда твердо знала, что поэты не только услаждают, (но и учат. И в поэзии Пушкина помимо ее формальных достоинств – необычайной художественности, правдивости, народности и пр. – критика никогда не забывала отмечать еще иную ценность: ее философский смысл. Было ясно, что в поэзии Пушкина выразилось его мировоззрение, что оно с помощью красоты глубоко внедряется в читателя и, следовательно, представляет могучую воспитательную силу. Естественно, что этот предмет занял видное место в критической литературе. Как же изображали до сих пор мировоззрение Пушкина?

Белинский писал: «Натура Пушкина (и в этом случае самое верное свидетельство есть его поэзия) была внутренняя, созерцательная, художническая. Пушкин не знал мук и блаженства, какие бывают следствием страстно-деятельного (а не только созерцательного) увлечения живою, могучею мыслью, в жертву которой приносится жизнь и талант. Он не принадлежал исключительно ни к какому учению, ни к какой доктрине; в сфере своего поэтического миросозерцания он, как художник по преимуществу, был гражданин вселенной, и в самой истории, так же как и в природе видел только мотивы для своих поэтических вдохновений, материалы для своих творческих концепций… Лирические произведения Пушкина в особенности подтверждают нашу мысль о его личности. Чувство, лежащее в их основании, всегда так тихо и кротко, несмотря на его глубокость, и вместе с тем так человечно, гуманно. Он ничего не отрицает, ничего не проклинает, на все смотрит с любовью и благословением. Самая грусть его, несмотря на ее глубину, как-то необыкновенно светла и прозрачна; она умиряет муки души и целит раны сердца. Общий колорит поэзии Пушкина и в особенности лирической – внутренняя красота человека и лелеющая душу гуманность» . Далее Белинский описывает чувство Пушкина, как неизменно «благородное, кроткое, нежное, благоуханное и грациозное», и заключает отсюда: «В этом отношении, читая его творения, можно превосходным образом воспитать в себе человека, и такое чтение особенно полезно для молодых людей обоего пола. Ни один из русских поэтов не может быть столько, как Пушкин, воспитателем юношества, образователем юного чувства» .

Достоевский в своей знаменитой речи представил Пушкина отчасти бессознательным выразителем русского народного гения, поскольку он в своем творчестве проявил присущие русскому народу всемирную отзывчивость, способность к всечеловеческому единению и братской любви. Сознательную же его заслугу Достоевский видит в двойственной проповеди, обращенной к русскому обществу; именно, он-де первый, отрицательными типами Алеко и Онегина, указал на болезнь русского интеллигентного общества, оторванного от народа, и первый, положительными типами Татьяны, Пимена и других, взятыми из народного духа, указал обществу путь исцеления: обращение к народной правде. Правду эту, проповеданную Пушкиным, Достоевский выражает так: «Смирись, гордый человек, и прежде всего сломи свою гордость. Смирись, праздный человек, и прежде всего потрудись на родной ниве… Не вне тебя правда, а в тебе самом; найди себя в себе, подчини себя себе, овладей собой, и узришь правду. Не в вещах эта правда, не вне тебя и не за морем где-нибудь, а прежде всего в твоем собственном труде над собою. Победишь себя, усмиришь себя – станешь свободен, как никогда и не воображал себе, и начнешь великое дело», и т. д.

Пыпин изображал Пушкина «поэтом-гуманистом»[2]. «Пушкин, как художник, был носителем идеи о достоинстве человеческой личности, проникнут был стремлением к правде, глубоким гуманным чувством, убеждением в необходимости просвещения и в свободном действии человеческой мысли; наконец, он проникнут был горячей любовью к своему народу, к его славе и величию». Словом, «он стремился служить просвещению, добру и правде». И общественное значение его поэзии весьма велико: «как прелесть стихов, то есть художественная сторона его произведений, впервые приобщала массу общества к наслаждению чистой поэзией и уже тем оказывала великую услугу внутреннему развитию общества, так и его высокие нравственные идеи, идеи чистой человечности, благотворно влияли на воспитание общества».

Вл. Соловьев[3] утверждает, что Пушкин, более всего дорожа в своем творчестве чистой поэзией, тем не менее признавал за собою и нравственное воздействие на общество, ибо «и чистая поэзия приносит истинную пользу, хотя не преднамеренно». Вл. Соловьев вкладывает в уста Пушкина такие слова, обращенные к толпе: «То добро, которое вы цените, – оно есть и в моем поэтическом запасе», и под добром Соловьев разумеет здесь: пробуждение добрых чувств и проповедь милосердия к падшим.

Д. Н. Овсянико-Куликовский[4] признает Пушкина чистым художником («гений по преимуществу объективный») и не приписывает ему никакой активной проповеди, о мировоззрении же его говорит следующее: «Что касается общего характера и настроения лирики Пушкина, то в этом отношении нужно различать два периода: в первом, закончившемся во второй половине 20-х годов, лирика Пушкина характеризуется радостной отзывчивостью на все «впечатления бытия», светлым, оптимистическим воззрением на мир и человечество, гармонической уравновешенностью поэтических дум и чувств. Лишь изредка проскальзывали у него скорбные ноты грусти, уныния, разочарования, чтобы сейчас же умолкнуть и утонуть в яркой жизнерадостности его поэтического миросозерцания. Во втором периоде, начинающемся в половине 20-х годов, эти ноты появляются чаще и звучат громче… Великий поэт был утомлен жизнью, нашей русской дореформенной жизнью, и рвался «на волю», понимая под «волей» личную независимость, свободу от светских обязательств, от дрязг жизни, от всех удручающих впечатлений действительности. Он жаждал «покоя», внутреннего мира, – и в этом стремлении он доходил до резкого протеста против обязательств, какие предъявляют человеку общество, среда, «свет», публика, государство. Он переживал полосу резкого, раздражительного, капризно-обидчивого индивидуализма. Но несомненно, что это не было у него принципом, не входило в систему его убеждений, это было только настроением Ссора поэта с толпой была лишь эпизодом в истории его разлада с действительностью, одним из выражений – и притом наименее удачных – той душевной отчужденности от всего окружающего, которая овладевала гением Пушкина»…

Читайте также:  Приснились яхты в реке

источник

Приснилось как будто я

Какие стихи вы предпочитаете?

Стихи — Последний.

Стихи — Уже не важно.

Стихи — Не ..смотри.

свет..прошу я..погаси
не смотри в меня..мой ясный
ведь фигурка уж не та..
талия не так узка..
и не так уже изящна…

губы грешные твои
всё по мне легко струятся
этот нежный флёр мечты..
вот.. сбылась я..твоя сказка…

эта нежность на износ
этот стон..меня смутивший..
я же рядом..я с тобой..
и тебе я не приснилась…

грех огромный пронесу..
после этой ночи страстной
и обратно отниму..я возврат твой
милый..ясный…

знала..помнила всегда
как ты рядом зажигался.

Стихи — Ночное

поздней ночью, звёздной, полнолунной..
распущу косу я на ветру
и в одной ночной рубашке алой
в поле росное я босиком уйду….

под светилом полным старой тайны
я ладошки в небо протяну
затяну мотив я заклинанья
и в хрустальной склянке влагу соберу…

и потом…набегавшись по полю
прочитав раз сто свой наговор
я приду…к тебе..такому сонному
влагою из склянки оботру..

чтоб душа твоя всегда звенела
на ветру чтоб все слова лились
чтобы сердце песнь любви лишь пело
спи.

Стихи — Слезные следы

У нас, у каждого своя, есть сокровенная мечта –
Жизнь любить, прекрасным наслаждаться,
И этим сердце насладя, мы забываем иногда –
Почему ж слеза велит собою умываться…

Ох, эти слёзные следы, в них и не слышен стон,
Как будто вещий перезвон от неживой цепи,
Ах, эти слёзные пути, вот и последний склон,
Который мы пройдём, так вместе — я и ты…

У нас, у каждого своя, индивидуальная стезя –
Избытком слыть, с удачей не разминаться,
Над этим слуги бытия, к ним относимся не зря –
Всю.

Стихи — Мудрец

На черных небесах величье звезд сверкает
Старик-мудрец наверняка все знает,
О моей жизни не ведает никто
Да я сама не знаю кто кого.

Старик-мудрец посмотрит в небо
Ему присниться путь – победа,
Он видел войны дальних стран
И кровь до неба – океан.

И он, конечно, видел свет,
А ночью множество комет,
Он видел доброту и злость,
Он шел средь них – прошел насквозь.

И в ночь, когда звезда упала
Он знал, что жизнь одна устала.
Возможно, знал он смерти суть,
И что бывает жизни.

Стихи — Стихи при свечах

Божья матерь, пресвятая Дева! Что же ты две тысячи лет делала,
С неба, взирая на скорби людские, нас утешала и с нами скорбела?
Или внимала, как души мирские тянут занудливо: – Ave Maria?
Каются в смертных грехах, чуть дыша, зная, что вскоре опять согрешат.
Было ли время, когда ты смеялась, сыну тепло и светло улыбалась?
Вечный твой образ печалью прекрасен не потому ли, что подвиг напрасен?
Не потому ли, что с Роком не споря, матери сохнут и чахнут от горя,
На крест, ссылая.

источник

Голосовать

\u0412 \u0447\u0435\u0441\u0442\u044c \u044d\u0442\u043e\u0433\u043e \u043f\u0440\u0430\u0437\u0434\u043d\u0438\u043a\u0430 \u043c\u044b \u043f\u0440\u0438\u0433\u043b\u0430\u0448\u0430\u0435\u043c \u0432\u0430\u0441 \u043f\u0440\u0438\u043d\u044f\u0442\u044c \u0443\u0447\u0430\u0441\u0442\u0438\u0435 \u0432 \u043a\u043e\u043d\u043a\u0443\u0440\u0441\u0435 \u00ab\u041c\u043e\u044f \u0420\u043e\u0441\u0441\u0438\u044f\u00bb.

\u0412 \u043a\u043e\u043d\u043a\u0443\u0440\u0441 \u043f\u0440\u0438\u043d\u0438\u043c\u0430\u044e\u0442\u0441\u044f \u0441\u0442\u0438\u0445\u043e\u0442\u0432\u043e\u0440\u0435\u043d\u0438\u044f, \u043f\u043e\u0441\u0432\u044f\u0449\u0435\u043d\u043d\u044b\u0435 \u0420\u043e\u0441\u0441\u0438\u0438, \u0440\u0430\u0441\u043a\u0440\u044b\u0432\u0430\u044e\u0449\u0438\u0435 \u0432\u0430\u0448\u0435 \u043e\u0442\u043d\u043e\u0448\u0435\u043d\u0438\u0435, \u0432\u0430\u0448\u0438 \u0447\u0443\u0432\u0441\u0442\u0432\u0430 \u043a \u043d\u0430\u0448\u0435\u0439 (\u0434\u043b\u044f \u0431\u043e\u043b\u044c\u0448\u0438\u043d\u0441\u0442\u0432\u0430 \u0430\u0432\u0442\u043e\u0440\u043e\u0432) \u0441\u0442\u0440\u0430\u043d\u0435.

\u0412\u0430\u0448\u0430 \u0440\u0430\u0431\u043e\u0442\u0430 \u043c\u043e\u0436\u0435\u0442 \u0431\u044b\u0442\u044c \u043e \u043f\u0440\u0438\u0440\u043e\u0434\u0435 \u0420\u043e\u0441\u0441\u0438\u0438, \u043e \u0435\u0451 \u043f\u0443\u0442\u0438. \u042d\u0442\u043e \u043c\u043e\u0436\u0435\u0442 \u0431\u044b\u0442\u044c \u043f\u0430\u0442\u0440\u0438\u043e\u0442\u0438\u0447\u0435\u0441\u043a\u0438\u0439 \u0441\u0442\u0438\u0445 \u0438\u043b\u0438 \u0436\u0435 \u0433\u0440\u0443\u0441\u0442\u043d\u044b\u0435 \u0440\u0430\u0437\u043c\u044b\u0448\u043b\u0435\u043d\u0438\u044f.

\u0413\u043b\u0430\u0432\u043d\u043e\u0435, \u0447\u0442\u043e\u0431\u044b \u0432 \u0440\u0430\u0431\u043e\u0442\u0435 \u043f\u0440\u043e\u0441\u043b\u0435\u0436\u0438\u0432\u0430\u043b\u043e\u0441\u044c \u043e\u0442\u043d\u043e\u0448\u0435\u043d\u0438\u0435 \u0430\u0432\u0442\u043e\u0440\u0430 \u043a \u043e\u043f\u0438\u0441\u044b\u0432\u0430\u0435\u043c\u043e\u043c\u0443.

\u041d\u0430 \u043d\u0430\u0448\u0435\u043c \u0441\u0430\u0439\u0442\u0435 \u043c\u043d\u043e\u0433\u043e \u0430\u0432\u0442\u043e\u0440\u043e\u0432 \u0438\u0437 \u0441\u043e\u0441\u0435\u0434\u043d\u0438\u0445 \u0433\u043e\u0441\u0443\u0434\u0430\u0440\u0441\u0442\u0432. \u041c\u044b \u0431\u0443\u0434\u0435\u043c \u043f\u0440\u0438\u0432\u0435\u0442\u0441\u0442\u0432\u043e\u0432\u0430\u0442\u044c \u0432 \u043a\u043e\u043d\u043a\u0443\u0440\u0441\u0435 \u0438\u0445 \u0441\u0442\u0438\u0445\u0438 \u043e \u0420\u043e\u0441\u0441\u0438\u0438, \u0431\u0443\u0434\u0435\u0442 \u0438\u043d\u0442\u0435\u0440\u0435\u0441\u043d\u043e \u0443\u0432\u0438\u0434\u0435\u0442\u044c \u043a\u0430\u0440\u0442\u0438\u043d\u043a\u0443 \u00ab\u0441 \u0434\u0440\u0443\u0433\u043e\u0433\u043e \u0440\u0430\u043a\u0443\u0440\u0441\u0430\u00bb.

\u041e\u0434\u043d\u0430\u043a\u043e, \u0438\u0437 \u043a\u043e\u043d\u043a\u0443\u0440\u0441\u0430 \u0431\u0443\u0434\u0443\u0442 \u0443\u0434\u0430\u043b\u044f\u0442\u044c\u0441\u044f \u043e\u0441\u043a\u043e\u0440\u0431\u0438\u0442\u0435\u043b\u044c\u043d\u044b\u0435 \u0442\u0435\u043a\u0441\u0442\u044b, \u0442\u0435\u043a\u0441\u0442\u044b \u0441 \u043d\u0430\u043f\u0430\u0434\u043a\u0430\u043c\u0438, \u043e\u0431\u0432\u0438\u043d\u0435\u043d\u0438\u044f\u043c\u0438, \u0443\u043f\u0440\u0435\u043a\u0430\u043c\u0438 \u0438 \u0442\u0430\u043a \u0434\u0430\u043b\u0435\u0435.

\u041e\u0431\u044a\u0435\u043c \u0442\u0435\u043a\u0441\u0442\u0430 \u2013 \u043d\u0435 \u0431\u043e\u043b\u0435\u0435 40 \u0441\u0442\u0440\u043e\u043a.

\u041a\u043e\u043d\u043a\u0443\u0440\u0441 \u0430\u043d\u043e\u043d\u0438\u043c\u043d\u044b\u0439, \u043a \u043a\u043e\u043d\u043a\u0443\u0440\u0441\u0443 \u0434\u043e\u043f\u0443\u0441\u043a\u0430\u044e\u0442\u0441\u044f \u0440\u0430\u043d\u0435\u0435 \u043d\u0430\u043f\u0438\u0441\u0430\u043d\u043d\u044b\u0435 \u0442\u0435\u043a\u0441\u0442\u044b.

\u041c\u043e\u0434\u0435\u0440\u0430\u0446\u0438\u044f \u0432 \u043a\u043e\u043d\u043a\u0443\u0440\u0441\u0435 \u0431\u0443\u0434\u0435\u0442 \u0432 \u043e\u0441\u043d\u043e\u0432\u043d\u043e\u043c \u043d\u0430\u0446\u0435\u043b\u0435\u043d\u0430 \u043d\u0430 \u043e\u0442\u0441\u0435\u0438\u0432\u0430\u043d\u0438\u0435 \u043d\u0435\u0433\u0430\u0442\u0438\u0432\u0430, \u0442\u0430\u043a\u0436\u0435 \u043c\u043e\u0433\u0443\u0442 \u0431\u044b\u0442\u044c \u043e\u0442\u043a\u043b\u043e\u043d\u0435\u043d\u044b \u043e\u0442\u043a\u0440\u043e\u0432\u0435\u043d\u043d\u043e \u0441\u043b\u0430\u0431\u044b\u0435 \u0442\u0435\u043a\u0441\u0442\u044b \u0438 \u0442\u0435\u043a\u0441\u0442\u044b \u0441 \u0431\u043e\u043b\u044c\u0448\u0438\u043c \u043a\u043e\u043b\u0438\u0447\u0435\u0441\u0442\u0432\u043e\u043c \u043e\u0448\u0438\u0431\u043e\u043a.

«,»startedAt»:»08.06.2017 20:00″,»finishedAt»:»13.06.2017 15:00″,»refereeStartedAt»:null,»generalStartedAt»:»10.06.2017 15:00″,»moderationStartedAt»:null,»participation»:0,»byAdmin»:false,»pFirstGold»:100,»pFirstGoldPa :can-show-comment=’true’>

источник

МНЕ СНИЛСЯ СОН

Мне снился сон. Я вечером гуляю
по деревенской улице. Один.
Собаки вдалеке лениво лают,
плывёт по небу журавлиный клин.

И больше никого. И тишь в округе.
Я на скамейку у колодца сел
и задремал… Мне снился сон: к подруге
в Париж я на свиданье прилетел…

Она была прекрасна в белом платье.
Мы танцевали в ресторане джайв.
Она податливой была в объятьях,
и я испытывал телесный кайф.

Тот ресторан на Эйфелевой башне
как будто бы над Францией парил.
Мы вспоминали с ней о дне вчерашнем,
обнявшись на балконе у перил.

Нам виделись старинных замков стены,
под нами расстилался весь Париж:
Монмартр, Булонский лес, мосты на Сене
и тысячи блестящих красных крыш.

Вокруг нас говорили по-французски,
и я, как все, на этом языке –
с акцентом, к сожаленью, древнерусским –
откуда эти знанья в мужике?

Как фантастически была красива
она в берете простеньком своём!
Шутила и смеялась шаловливо…
И я сказал ей: – А давай споём?!

И мы запели с ней романс старинный,
как ехали на тройке с бубенцом
дорогой в никуда ведущей длинной.
Мы пели с нею, будто пред концом…

И не было нужды нам торопиться –
просрочены давно уж векселя…
… И тут пришлось мне снова очутиться
в деревне у колодца-журавля.

Ну, а затем и в опустевшем доме,
где потолок мой от протечек рыж,
ничто где сумочки забытой кроме
напомнить мне не может про Париж…

Мне снился сон. Я вечером гуляю
по деревенской улице. Один.
Собаки вдалеке лениво лают,
плывёт по небу журавлиный клин.

И больше никого. И тишь в округе.
Я на скамейку у колодца сел
и задремал… Мне снился сон: к подруге
в Париж я на свиданье прилетел…

Она была прекрасна в белом платье.
Мы танцевали в ресторане джайв.
Она податливой была в объятьях,
и я испытывал телесный кайф.

Тот ресторан на Эйфелевой башне
как будто бы над Францией парил.
Мы вспоминали с ней о дне вчерашнем,
обнявшись на балконе у перил.

Нам виделись старинных замков стены,
под нами расстилался весь Париж:
Монмартр, Булонский лес, мосты на Сене
и тысячи блестящих красных крыш.

Вокруг нас говорили по-французски,
и я, как все, на этом языке –
с акцентом, к сожаленью, древнерусским –
откуда эти знанья в мужике?

Как фантастически была красива
она в берете простеньком своём!
Шутила и смеялась шаловливо…
И я сказал ей: – А давай споём?!

Читайте также:  К чему приснились стриженные крашенные волосы

И мы запели с ней романс старинный,
как ехали на тройке с бубенцом
дорогой в никуда ведущей длинной.
Мы пели с нею, будто пред концом…

И не было нужды нам торопиться –
просрочены давно уж векселя…
… И тут пришлось мне снова очутиться
в деревне у колодца-журавля.

Ну, а затем и в опустевшем доме,
где потолок мой от протечек рыж,
ничто где сумочки забытой кроме
напомнить мне не может про Париж…

Лимпапо, спасибо за заказ на рецензию.

Вот я тут влетел. Мне стихи почему-то не понравились. Я и так, и сяк, и. Но не понимаю почему! Давайте, попробуем вместе что-ли.
Пятистопный ямб, читается легко (так-что хороший ямб). Рифмы: и хорошие, и не очень, и глагольные. Можно конечно поприставать, но .
Нормальные, в целом, рифмы, наверное. Перечитал несколько раз текст. Ну есть тут одно место, сон во сне. То есть, в первом катрене
«Мне снился сон«, а потом (уже во втором катрене ) «и задремал«. Ну всякое бывает. Может так автором задумано, а я не понял.
Не знаю короче. Может нужна какую-нибудь хорошую фишку? Ну уж слишком фабула простоватая.

Короче, Юрий, пока ставлю ВОСЕМЬ . Посмотрим, кто-нибудь умное хорошее посоветует. Ну не потянул я, прости.

С уважением,
МурМишкин!

Оценка произведения: 8
Limerick 12.05.2017