Меню

Был ли въяве или только приснился мне этот странный мальчик сочинение егэ

Проблема человеческого общения и взаимопонимания по тексту Ю.М. Нагибина «Заброшенная дорога» («Часто бывает, что чудеса находятся возле нас — протяни руку и возьми, а мы и не подозреваем об этом») (ЕГЭ по русскому)

В предложенном для анализа тексте Ю.М. Нагибин поднимает проблему человеческого общения и взаимопонимания. Именно над ней он и размышляет.

Эта проблема социально-философского характера не может не волновать современного человека.

Писатель раскрывает эту проблему на примере рассказчика, который как-то собирал в лесу грибы и вдруг забрел в чащу, где «плотно росли деревья, трава была вполовину роста, а розовые, похожие на свечи цветы вознеслись выше головы».

Здесь рассказчик встретил мальчика, который расчищал заросшую дорогу от сорняков и травы. Мальчик попросил помощи у рассказчика, но тот после того, как вырвал длинное растение и изрезал ладони, отказался от затеи и стал расспрашивать мальчика, зачем ему надо полоть шоссе. Мальчик ответил, что дорога может разрушиться, дороги нужны, ведь они куда-нибудь ведут: «Дорога — это очень важно. Без дороги никто никогда не будет вместе». После этих слов рассказчик загорелся желанием помочь мальчику, но тот сказал приходить ему на следующий день.

А также рассказчик пришел на следующий день на то же место, но ни мальчика, ни шоссе уже не было. Как он ни пытался их разыскать, все было тщетно. Со временем рассказчик понял наставление мальчика: «В моём сердце начиналось много дорог, ведущих к разным людям. Я не жалел ни труда, ни рук, не давая сорнякам разрушать дороги, превратить их ни во что. Но если я преуспевал в том, то лишь потому, что всякий раз с другого конца дороги начиналось встречное движение».

Авторская позиция ясна: Ю.М. Нагибин считает, что только с помощью совместных усилий можно развить отношения между двумя людьми.

Я полностью согласна с позицией автора и также считаю, что для поддержки общения нужен отклик с обеих сторон.

Данная проблема находит отражение в художественной литературе. Например, в романе И.А. Гончарова «Обломов». Ольга Ильинская хотела изменить Обломова. У неё это получалось, но в какой-то момент она поняла, что это невозможно: усилия с его стороны были ничтожно малы. Ольга поняла, что Обломов безнадёжен и он не тот человек, с которым она хотела бы связать свою судьбу.

Другим примером является рассказ Алексина «Безумная Евдокия». Оленька, талантливая девочка, из-за слепой родительской любви выросла эгоисткой.

Оля лишилась подруги Люси, потому что не понимала ее чувств, использовала ее в личных целях. Оля не понимала и не хотела понимать чувства других людей, возвышала себя над другими, считая себя уникальной, поэтому она не была дружна со своим классом, была сама по себе, одиночкой. У Оли не было ни желания, ни времени присмотреться к людям, понять их. По этой причине мать оказалась в психиатрической больнице.

Таким образом, можно сделать следующий вывод: общение и взаимопонимание приходит тогда, когда обе стороны готовы что-либо для этого делать.

Внимание!
Если Вы заметили ошибку или опечатку, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter.
Тем самым окажете неоценимую пользу проекту и другим читателям.

источник

Помогите, пожалуйста, выявить проблему (ЕГЭ). Вроде понимаю всё, но что-то не клеится. )

Был ли въяве или только приснился мне тот странный мальчик, овеянный нежностью и печалью нездешности? Я знаю, что он был, как было булыжное шоссе, заросшее ромашкой. Но даже если бы этот мальчик принадлежал сну, он затронул мою душу неизмеримо сильнее многих других людей, чья очевидность не вызывает сомнений.

Часто бывает, что чудеса находятся возле нас — протяни руку и возьми, а мы и не подозреваем об этом! Тот день начался с маленького чуда: оказалось, что ольшаник, примыкавший к дачной ограде, сказочно богат грибами. Как и всегда во время счастливого грибного промысла, я становился всё разборчивее. Поиски завели меня в глубь леса, и чем дальше я шёл, тем плотнее росли деревья, всё труднее было пробираться вперёд.

Тут я набрёл на этого мальчика, и свершилось главное чудо дня.

Небольшой, худенький, он полол, словно огородную грядку, невесть откуда взявшееся тут густо заросшее булыжное шоссе. Он уже расчистил довольно широкую полосу, и там плотно, крепко круглились сероватые булыжники, а дальше шоссе терялось в густой поросли сорняков.

— Здравствуй, ты не хочешь мне помочь? — сказал он, обернувшись и

доброжелательно глядя на меня.

— Слушай, а зачем тебе это нужно? — спросил я.

— Ты же видишь, дорога заросла; надо её расчистить.

— Ну, как же, ведь цветы и травы своими корнями разрушают дорогу,- прозвучал вежливый, мягкий и терпеливый голос. — Раньше булыжник лежал к булыжнику, а теперь, видишь, какие щели!

— Ну и чёрт с ней, она всё равно никуда не ведёт! — проворчал я раздражённо.

— Все дороги куда-нибудь ведут, — сказал он с кроткой убеждённостью и

принялся за работу. — Посуди сам, разве стали бы эту дорогу строить, если бы она никуда не вела?

Мальчик задумался и даже перестал выдёргивать цветы и травинки; в его глазах появилась боль: так трудно вложить в чужую душу самые простые, очевидные истины.

— Нельзя дорогам зарастать, — сказал он твёрдо. — Разве мы знаем, почему дорогу забросили? А может быть, кто-то на другом конце тоже пробует её расчистить? Кто-то идёт мне навстречу, и мы встретимся. Дороги — это очень важно, без дорог никто никогда не будет вместе.

На другой день я ни свет ни заря устремился в лес. Я мчался, охваченный жгучим нетерпением и предвкушением встречи с мальчиком на заросшем булыжником шоссе, и был уверен, что без труда отыщу эту дорогу. Но я так и не нашёл её. Всё было похоже на вчерашнее: и деревья, и травы, и розовые свечи высоких цветов, но не было ни шоссе, ни мальчика.

Мне никогда уже не попадалось ни заброшенного шоссе, ни даже тропинки, что нуждались в моём спасающем труде. Но с годами я по-иному понял наставления мальчика. В моём сердце начиналось много дорог, ведущих к разным людям: и близким, и далёким, и к тем, о ком ни на минуту нельзя было забыть, и к почти забытым. Вот этим дорогам был я нужен. Я не жалел ни труда, ни рук, не давал сорнякам глушить, разрушать их, превращать в ничто. Но если я преуспевал в этом, то лишь потому, что всякий раз с другого конца дороги начиналось встречное движение. Лишь одну, самую важную дорогу не дано мне было спасти, быть может, потому, что никто не шёл мне навстречу.

«Нельзя дорогам зарастать» — здесь говорится о философских проблемах противопоставления категорий «личность — общество», «индивидуализм-коллективизм» и пр. Дорога имеет две противоположные стороны (человек — окружение). Поэтому многие явления в жизни человека взаимосвязаны. Добро, сделанное тобою, откликнется добром другого в отношении тебя. Не только рассчет должен быть в отношениях, надо не забывать о милосердии, о ценности общения с близкими, товарищами, иными людьми. (в общем, как-то так)

Если ответ по предмету Русский язык отсутствует или он оказался неправильным, то попробуй воспользоваться поиском других ответов во всей базе сайта.

источник

Помогите, пожалуйста, выявить проблему (ЕГЭ). Вроде понимаю всё, но что-то не клеится. ) Был ли въяве или только приснился мне тот странный мальчик, овеянный нежностью и печалью нездешности? Я знаю, что он был, как было булыжн.

Помогите, пожалуйста, выявить проблему (ЕГЭ). Вроде понимаю всё, но что-то не клеится. ) Был ли въяве или только приснился мне тот странный мальчик, овеянный нежностью и печалью нездешности? Я знаю, что он был, как было булыжное шоссе, заросшее ромашкой. Но даже если бы этот мальчик принадлежал сну, он затронул мою душу неизмеримо сильнее многих других людей, чья очевидность не вызывает сомнений. Часто бывает, что чудеса находятся возле нас — протяни руку и возьми, а мы и не подозреваем об этом! Тот день начался с маленького чуда: оказалось, что ольшаник, примыкавший к дачной ограде, сказочно богат грибами. Как и всегда во время счастливого грибного промысла, я становился всё разборчивее. Поиски завели меня в глубь леса, и чем дальше я шёл, тем плотнее росли деревья, всё труднее было пробираться вперёд. Тут я набрёл на этого мальчика, и свершилось главное чудо дня. Небольшой, худенький, он полол, словно огородную грядку, невесть откуда взявшееся тут густо заросшее булыжное шоссе. Он уже расчистил довольно широкую полосу, и там плотно, крепко круглились сероватые булыжники, а дальше шоссе терялось в густой поросли сорняков. — Здравствуй, ты не хочешь мне помочь? — сказал он, обернувшись и доброжелательно глядя на меня. — Слушай, а зачем тебе это нужно? — спросил я. — Ты же видишь, дорога заросла; надо её расчистить. — А зачем? — упорствовал я. — Ну, как же, ведь цветы и травы своими корнями разрушают дорогу,- прозвучал вежливый, мягкий и терпеливый голос. — Раньше булыжник лежал к булыжнику, а теперь, видишь, какие щели! — Ну и чёрт с ней, она всё равно никуда не ведёт! — проворчал я раздражённо. — Все дороги куда-нибудь ведут, — сказал он с кроткой убеждённостью и принялся за работу. — Посуди сам, разве стали бы эту дорогу строить, если бы она никуда не вела? Мальчик задумался и даже перестал выдёргивать цветы и травинки; в его глазах появилась боль: так трудно вложить в чужую душу самые простые, очевидные истины. — Нельзя дорогам зарастать, — сказал он твёрдо. — Разве мы знаем, почему дорогу забросили? А может быть, кто-то на другом конце тоже пробует её расчистить? Кто-то идёт мне навстречу, и мы встретимся. Дороги — это очень важно, без дорог никто никогда не будет вместе. На другой день я ни свет ни заря устремился в лес. Я мчался, охваченный жгучим нетерпением и предвкушением встречи с мальчиком на заросшем булыжником шоссе, и был уверен, что без труда отыщу эту дорогу. Но я так и не нашёл её. Всё было похоже на вчерашнее: и деревья, и травы, и розовые свечи высоких цветов, но не было ни шоссе, ни мальчика. Мне никогда уже не попадалось ни заброшенного шоссе, ни даже тропинки, что нуждались в моём спасающем труде. Но с годами я по-иному понял наставления мальчика. В моём сердце начиналось много дорог, ведущих к разным людям: и близким, и далёким, и к тем, о ком ни на минуту нельзя было забыть, и к почти забытым. Вот этим дорогам был я нужен. Я не жалел ни труда, ни рук, не давал сорнякам глушить, разрушать их, превращать в ничто. Но если я преуспевал в этом, то лишь потому, что всякий раз с другого конца дороги начиналось встречное движение. Лишь одну, самую важную дорогу не дано мне было спасти, быть может, потому, что никто не шёл мне навстречу. (По Ю.Нагибину)

Читайте также:  Приснилось разговаривать с бывшим мужем

источник

Был ли въяве или только приснился мне этот странный мальчик сочинение егэ

Войти

Jun. 1st, 2010

И снова о ЕГЭ — по русскому языку. Готовясь к нему, столкнулась с ужасным бредом.
Для моральной подготовки купила такую штуковину, которая выглядит как пробный комплект ЕГЭ. То есть запечатанный такой конверт, совсем как на экзамене, содержимое: задания, бланки ответов, ну и сами ответы, так как оно всё-таки просто для тренировки.
Есть в ЕГЭ по русскому задание под номером С1, где надо написать что-то вроде небольшого сочинения по приведенному тексту.Формально задание выглядит так:

Напишите сочинение по прочитанному тексту.
Сформулируйте и прокомментируйте одну из проблем, поставленных автором текста (избегайте чрезмерного цитирования).
Сформулируйте позицию автора. Напишите, согласны или не согласны вы с его точкой зрения. Объясните почему. Свой ответ аргументируйте, опираясь на знания, жизненный или читательский опыт (учитываются первые два аргумента).
Объём сочинения – не менее 150 слов.
Работа, написанная без опоры на прочитанный текст (не по данному тексту), не оценивается.
Если сочинение представляет собой пересказанный или полностью переписанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, то такая работа оценивается нулём баллов.
Сочинение пишите аккуратно, разборчивым почерком.

Тексты, как правило, сфокусированы на какой-то конкретной одной теме (любовь к Родине, героизм, бережное отношение к природе и т.п.) и представляют собой отрывки из рассказов или эссе всяких разных авторов. В попавшемся мне варианте был рассказ Юрия Нагибина «Заброшенная дорога»

Был ли въяве или только приснился мне тот странный мальчик, овеянный нежностью и печалью нездешности? Я знаю, что он был, как было булыжное шоссе, заросшее ромашкой. Но даже если бы этот мальчик принадлежал сну, он затронул мою душу неизмеримо сильнее многих других людей, чья очевидность не вызывает сомнений.
Часто бывает, что чудеса находятся возле нас — протяни руку и возьми, а мы и не подозреваем об этом! Тот день начался с маленького чуда: оказалось, что ольшаник, примыкавший к дачной ограде, сказочно богат грибами. Как и всегда во время счастливого грибного промысла, я становился всё разборчивее. Поиски завели меня в глубь леса, и чем дальше я шёл, тем плотнее росли деревья, всё труднее было пробираться вперёд.
Тут я набрёл на этого мальчика, и свершилось главное чудо дня.
Небольшой, худенький, он полол, словно огородную грядку, невесть откуда взявшееся тут густо заросшее булыжное шоссе. Он уже расчистил довольно широкую полосу, и там плотно, крепко круглились сероватые булыжники, а дальше шоссе терялось в густой поросли сорняков.
— Здравствуй, ты не хочешь мне помочь? — сказал он, обернувшись и
доброжелательно глядя на меня.
— Слушай, а зачем тебе это нужно? — спросил я.
— Ты же видишь, дорога заросла; надо её расчистить.
— А зачем? — упорствовал я.
— Ну, как же, ведь цветы и травы своими корнями разрушают дорогу,- прозвучал вежливый, мягкий и терпеливый голос. — Раньше булыжник лежал к булыжнику, а теперь, видишь, какие щели!
— Ну и чёрт с ней, она всё равно никуда не ведёт! — проворчал я раздражённо.
— Все дороги куда-нибудь ведут, — сказал он с кроткой убеждённостью и
принялся за работу. — Посуди сам, разве стали бы эту дорогу строить, если бы она никуда не вела?
Мальчик задумался и даже перестал выдёргивать цветы и травинки; в его глазах появилась боль: так трудно вложить в чужую душу самые простые, очевидные истины.
— Нельзя дорогам зарастать, — сказал он твёрдо. — Разве мы знаем, почему дорогу забросили? А может быть, кто-то на другом конце тоже пробует её расчистить? Кто-то идёт мне навстречу, и мы встретимся. Дороги — это очень важно, без дорог никто никогда не будет вместе.
На другой день я ни свет ни заря устремился в лес. Я мчался, охваченный жгучим нетерпением и предвкушением встречи с мальчиком на заросшем булыжником шоссе, и был уверен, что без труда отыщу эту дорогу. Но я так и не нашёл её. Всё было похоже на вчерашнее: и деревья, и травы, и розовые свечи высоких цветов, но не было ни шоссе, ни мальчика.
Мне никогда уже не попадалось ни заброшенного шоссе, ни даже тропинки, что нуждались в моём спасающем труде. Но с годами я по-иному понял наставления мальчика. В моём сердце начиналось много дорог, ведущих к разным людям: и близким, и далёким, и к тем, о ком ни на минуту нельзя было забыть, и к почти забытым. Вот этим дорогам был я нужен. Я не жалел ни труда, ни рук, не давал сорнякам глушить, разрушать их, превращать в ничто. Но если я преуспевал в этом, то лишь потому, что всякий раз с другого конца дороги начиналось встречное движение. Лишь одну, самую важную дорогу не дано мне было спасти, быть может, потому, что никто не шёл мне навстречу.
(По Ю.Нагибину)

Так как работа призвана «помогать» выпускникам готовиться к ЕГЭ, но при этом товарищам-авторам было явно лень написать сочинение-образец, они решили ограничится объяснением того, как оное сочинение должно быть написано. При этом просто скопировать технические к нему требования они постеснялись, и написали сиё (орфография, пунктуация и стилистика авторские):

В сочинении нужно сформулировать и прокомментировать одну из проблем, которые автор поднял в предложенном вам тексте. Формулировку проблемы следует выбрать предельно краткую и конкретную. Правильными, можно считать следующие: проблема отношения к «малой родине»; проблема бережного отношения к «малой родине», сохранения исторической памяти и природы; экологическая проблема; проблема нашей ответственности за мир, в котором мы живем. Только в случае выполнения всех перечисленных требований и при отсутствии орфографических, пунктуационных или речевых ошибок вы вправе рассчитывать на высокую оценку за это задание.

Так вот. Кто-нибудь в состоянии мне объяснить (вот прям ткнуть носом), где Нагибин в «Заброшенной дороге» поднимает вышеперечисленные проблемы?
Или выпускники теперь тексты анализируют по принципу «увидел слово «лес» — пиши про экологию»?
(а еще мне нужен кто-то, кто сможет объяснить постановку запятой после слова «правильными», но я понимаю, что это уже роскошь. )

источник

ЗАБРОШЕННАЯ ДОРОГА (1)Часто бывает, что чудеса находятся возле нас — протяни…

(1)Часто бывает, что чудеса находятся возле нас — протяни руку и возьми, а мы и не подозреваем об этом.

(2)Был ли в яви или только приснился мне этот странный мальчик, овеянный нежностью и печалью нездешности, как маленький принц Экзюпери. (3)Я знаю, что он был, как было и шоссе, заросшее подорожником и лопухами, но даже если бы этот мальчик принадлежал сну, он затронул мою душу неизмеримо сильнее других людей, чья грубая очевидность не вызывает сомнений…

(4)Тот день начался с маленького чуда: оказалось, низинный ольшаник, примыкающий к даче с севера, сказочно богат грибами свинушками.

(5)Как и всегда бывает во время счастливого грибного промысла, я становился всё разборчивее, меня уже не радовали большие грибы, и я срывал лишь маленькие твёрдые крепыши. (6)Эти разборчивые поиски привели меня в глубь леса. (7)Я хорошо знал окрестность: и со стороны шоссе, и со стороны нашей дачи, и со стороны болота, тянущегося за горизонт, лесные опушки были сплошь ольховые.

(8)Однако чем дальше я шёл, тем плотнее росли деревья, трава стала вполовину моего роста, а стройные, розовые, похожие на свечи цветы вознеслись куда выше моей головы, и было всё труднее пробираться вперёд. (9)И тут я набрёл на этого мальчика, и свершилось главное чудо дня.

(10)Небольшой, худенький, с узким лицом, загороженным круглыми очками, мальчик полол невесть откуда взявшееся заросшее булыжное шоссе.

(12)— Здравствуй, — отозвался я. (13)— А что это за дорога? (14)Я никогда её раньше не видел.

(15)— Не знаю… (16)Ты не хочешь мне помочь?

(17)Я пожал плечами и, нагнувшись, выдрал какое-то длинное растение. (18)Я изрезал ладони, пока, наконец, вырвал его из земли. (19)Да, это была работа! (20)Недаром же у очкастого мальчика руки были в кровяных ссадинах. (21)Мой пыл сразу угас.

(22)— Слушай, а зачем тебе это нужно? — спросил я.

(23)— Ты же видишь, дорога заросла, — он говорил, стоя на коленях и выкапывая из земли какой-то корень. (24)— Надо её расчистить.

Читайте также:  Приснились три пустых гроба

(25)— А зачем? — упорствовал я.

(26)Он осторожно снял очки, ему хотелось получше рассмотреть человека, задающего такие несуразные вопросы.

(27)— Если дорога разрушится, она исчезнет, и никто не узнает даже, что тут была дорога.

(28)— Ну и пусть! — сказал я раздражённо. (29)— Она всё равно никуда не ведёт!

(30)— Все дороги куда-нибудь ведут, — сказал он с кроткой убеждённостью и принялся за работу. (31)— Посуди сам, разве стали бы её строить, если б она никуда не вела?

(32)— Но раз её забросили, значит, она не нужна!

(33)Он задумался и даже перестал выдёргивать цветы и травинки, в его глазах появилась боль — так трудно вложить в чужую душу самые простые и очевидные истины!

(34)— Разве мы знаем, почему дорогу забросили. (35)А может быть, кто-то на другом конце пробует её расчистить? (36)Кто-то идёт мне навстречу, и мы встретимся. (37)Нельзя дорогам зарастать, — сказал он твёрдо. (38)— Я обязательно её расчищу.

(40)— У меня одного — нет, но кто-то идёт мне навстречу и, может быть, прошёл уже полпути…

(41)— Далась тебе эта дорога!

(42)— Дорога — это очень важно. (43)Без дороги никто никогда не будет вместе.

(44)— Я буду помогать тебе! — неожиданно для самого себя вскричал я.

(45)— Спасибо, — сказал мальчик искренне. (46)— Приходи сюда завтра утром, сегодня уже поздно, пора домой.

(48)— Там. — махнул он за чащу, поднялся, вытер ладони пучком травы и пошёл прочь, перепачканный, усталый, тщедушный, непреклонный дорожный строитель, и вскоре скрылся за кустами жимолости.

(49)На другой день ни свет ни заря я устремился в лес.

(50)Я мчался сквозь ольшаник, охваченный жгучим нетерпением и умилённый предвкушением встречи с мальчиком на заросшем шоссе, — его вера уже стала моей верой. (51)Я был уверен, что без труда отыщу шоссе, ведь это так просто: всё прямо и прямо, сквозь ольшаник, в берёзовый лесок, и там обнажится чистая полоска синеватого булыжника…

(52)Я так и не нашёл заброшенного шоссе. (53)Всё было похоже на вчерашнее: и деревья, и травы, и розовые свечи высоких цветов, но не было ни шоссе, ни мальчика. (54)До заката мыкался я по лесу, измученный, голодный, но всё было тщетно.

(55)Мне никогда уже не попадалось ни заброшенное шоссе, ни даже стёжка, что нуждалась в моём труде. (56)Но с годами я по-иному понял наставление мальчика. (57)В моём сердце начиналось много дорог, ведущих к разным людям: и близким, и далёким, и к тем, о ком ни на минуту нельзя забыть, и к почти забытым. (58)Вот этим дорогам был я нужен, и я стал на вахту. (59)Я не жалел ни труда, ни рук, я рвал напрочь чертополох и крапиву и всю прочую нечисть, не давая сорнякам глушить, разрушать дороги, превратить их в ничто. (60)Но если я преуспевал в том, то лишь потому, что всякий раз с другого конца дороги начиналось встречное движение.

(61)Вот только самую главную, важную и нужную дорогу в жизни я как раз не сумел отыскать.

Вставьте на места пропусков (А, Б, В, Г) цифры, соответствующие номерам терминов из списка. Запишите под каждой буквой соответствующую цифру.

«Аллегорический смысл короткого рассказа Юрия Нагибина заставляет читателя искать ответы на сложные философские вопросы. Автор использует разнообразные лексические средства выразительности: (А) ______ («затронул душу» в предложении 3, «ни свет ни заря» в предложении 49), (Б) _____ («овеянный» в предложении 2, «вознеслись» в предложении 8) соседствуют с (В) ______ («выдрал» в предложении 17, «далась» в предложении 41). А такое синтаксическое средство выразительности, как (Г) _____ (предложения 48, 53, 57), позволяет оживить повествование, детализировать его».

  1. синонимы
  2. фразеологизмы
  3. однородные члены
  4. лексический повтор
  5. книжные слова
  6. вводные слова
  7. градация
  8. эпитеты
  9. разговорная лексика

источник

ЗАБРОШЕННАЯ ДОРОГА (1)Часто бывает, что чудеса находятся возле нас — протяни…

(1)Часто бывает, что чудеса находятся возле нас — протяни руку и возьми, а мы и не подозреваем об этом.

(2)Был ли в яви или только приснился мне этот странный мальчик, овеянный нежностью и печалью нездешности, как маленький принц Экзюпери. (3)Я знаю, что он был, как было и шоссе, заросшее подорожником и лопухами, но даже если бы этот мальчик принадлежал сну, он затронул мою душу неизмеримо сильнее других людей, чья грубая очевидность не вызывает сомнений…

(4)Тот день начался с маленького чуда: оказалось, низинный ольшаник, примыкающий к даче с севера, сказочно богат грибами свинушками.

(5)Как и всегда бывает во время счастливого грибного промысла, я становился всё разборчивее, меня уже не радовали большие грибы, и я срывал лишь маленькие твёрдые крепыши. (6)Эти разборчивые поиски привели меня в глубь леса. (7)Я хорошо знал окрестность: и со стороны шоссе, и со стороны нашей дачи, и со стороны болота, тянущегося за горизонт, лесные опушки были сплошь ольховые.

(8)Однако чем дальше я шёл, тем плотнее росли деревья, трава стала вполовину моего роста, а стройные, розовые, похожие на свечи цветы вознеслись куда выше моей головы, и было всё труднее пробираться вперёд. (9)И тут я набрёл на этого мальчика, и свершилось главное чудо дня.

(10)Небольшой, худенький, с узким лицом, загороженным круглыми очками, мальчик полол невесть откуда взявшееся заросшее булыжное шоссе.

(12)— Здравствуй, — отозвался я. (13)— А что это за дорога? (14)Я никогда её раньше не видел.

(15)— Не знаю… (16)Ты не хочешь мне помочь?

(17)Я пожал плечами и, нагнувшись, выдрал какое-то длинное растение. (18)Я изрезал ладони, пока, наконец, вырвал его из земли. (19)Да, это была работа! (20)Недаром же у очкастого мальчика руки были в кровяных ссадинах. (21)Мой пыл сразу угас.

(22)— Слушай, а зачем тебе это нужно? — спросил я.

(23)— Ты же видишь, дорога заросла, — он говорил, стоя на коленях и выкапывая из земли какой-то корень. (24)— Надо её расчистить.

(25)— А зачем? — упорствовал я.

(26)Он осторожно снял очки, ему хотелось получше рассмотреть человека, задающего такие несуразные вопросы.

(27)— Если дорога разрушится, она исчезнет, и никто не узнает даже, что тут была дорога.

(28)— Ну и пусть! — сказал я раздражённо. (29)— Она всё равно никуда не ведёт!

(30)— Все дороги куда-нибудь ведут, — сказал он с кроткой убеждённостью и принялся за работу. (31)— Посуди сам, разве стали бы её строить, если б она никуда не вела?

(32)— Но раз её забросили, значит, она не нужна!

(33)Он задумался и даже перестал выдёргивать цветы и травинки, в его глазах появилась боль — так трудно вложить в чужую душу самые простые и очевидные истины!

(34)— Разве мы знаем, почему дорогу забросили. (35)А может быть, кто-то на другом конце пробует её расчистить? (36)Кто-то идёт мне навстречу, и мы встретимся. (37)Нельзя дорогам зарастать, — сказал он твёрдо. (38)— Я обязательно её расчищу.

(40)— У меня одного — нет, но кто-то идёт мне навстречу и, может быть, прошёл уже полпути…

(41)— Далась тебе эта дорога!

(42)— Дорога — это очень важно. (43)Без дороги никто никогда не будет вместе.

(44)— Я буду помогать тебе! — неожиданно для самого себя вскричал я.

(45)— Спасибо, — сказал мальчик искренне. (46)— Приходи сюда завтра утром, сегодня уже поздно, пора домой.

(48)— Там. — махнул он за чащу, поднялся, вытер ладони пучком травы и пошёл прочь, перепачканный, усталый, тщедушный, непреклонный дорожный строитель, и вскоре скрылся за кустами жимолости.

(49)На другой день ни свет ни заря я устремился в лес.

(50)Я мчался сквозь ольшаник, охваченный жгучим нетерпением и умилённый предвкушением встречи с мальчиком на заросшем шоссе, — его вера уже стала моей верой. (51)Я был уверен, что без труда отыщу шоссе, ведь это так просто: всё прямо и прямо, сквозь ольшаник, в берёзовый лесок, и там обнажится чистая полоска синеватого булыжника…

(52)Я так и не нашёл заброшенного шоссе. (53)Всё было похоже на вчерашнее: и деревья, и травы, и розовые свечи высоких цветов, но не было ни шоссе, ни мальчика. (54)До заката мыкался я по лесу, измученный, голодный, но всё было тщетно.

(55)Мне никогда уже не попадалось ни заброшенное шоссе, ни даже стёжка, что нуждалась в моём труде. (56)Но с годами я по-иному понял наставление мальчика. (57)В моём сердце начиналось много дорог, ведущих к разным людям: и близким, и далёким, и к тем, о ком ни на минуту нельзя забыть, и к почти забытым. (58)Вот этим дорогам был я нужен, и я стал на вахту. (59)Я не жалел ни труда, ни рук, я рвал напрочь чертополох и крапиву и всю прочую нечисть, не давая сорнякам глушить, разрушать дороги, превратить их в ничто. (60)Но если я преуспевал в том, то лишь потому, что всякий раз с другого конца дороги начиналось встречное движение.

(61)Вот только самую главную, важную и нужную дорогу в жизни я как раз не сумел отыскать.

Какие из высказываний не соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

  1. Собирая грибы, рассказчик зашёл в глубь леса и набрёл на заброшенную дорогу.
  2. Рассказчик сразу без просьб мальчика стал помогать ему рвать траву и очищать дорогу.
  3. На другой день рассказчик разыскал в лесу дорогу, но мальчика там не было.
  4. Мальчик считал, что дороги соединяют людей и всегда куда-нибудь ведут.
  5. Встречу с мальчиком автор назвал главным чудом дня.

источник

Читать онлайн «Заброшенная дорога»

Автор Нагибин Юрий Маркович

«Был ли в яви или только приснился мне этот странный мальчик, овеянный нежностью и печалью нездешности, как Маленький принц Антуана де Сент-Экзюпери?

Читайте также:  Приснилось что моя мама умирает

Я знаю, что он был, как было и заросшее булыжное шоссе… но даже если б этот мальчик принадлежал сну, он затронул мою душу неизмеримо сильнее многих других людей».

Для среднего школьного возраста.

Юрий Маркович Нагибин

Заброшенная дорога

Был ли в яви или только приснился мне этот странный мальчик, овеянный нежностью и печалью нездешности, как Маленький принц Антуана де Сент-Экзюпери? Я знаю, что он был, как было и булыжное шоссе, заросшее подорожником, лопухами, репейником, конским щавелем, чайной ромашкой; но даже если б этот мальчик принадлежал сну, он затронул мою душу неизмеримо сильнее многих других людей, чья грубая очевидность не вызывает сомнения.

Часто бывает, что чудеса находятся возле нас — протяни руку и возьми, а мы и не подозреваем об этом! Тот день начался с маленького чуда: оказалось, низинный сыроватый ольшаник, примыкавший с севера к дачной ограде, сказочно богат грибами свинушками. Грибы стояли в лезвистой осоковатой траве не то что табунками — они сливались в сплошные изжелта-бурые поля. Маленькие подсвинки с белой подкладкой аккуратных круглых шляпок соседствовали с гигантами, похожими на вывернутые ветром зонтики, каждая воронка хранила каплю росной влаги. Я набивал свинушками рубаху, бегом относил их домой и возвращался в лес.

Помимо грибов, ольшаник кишмя кишел лягушками; не раз, протягивая руку к ножке гриба, я касался противно-холодного тела, мгновенно проскальзывающего под пальцами. Можно было подумать, что грибы и лягушки пребывают в некой таинственной связи, обеспечивающей им избыточное бытие.

Как и всегда бывает во время счастливого грибного промысла, я становился все разборчивее: меня уже не радовали большие, квелые грибы, я срывал лишь маленькие, резиново-твердые, затем уже среди них я стал выбирать самые ладные и чистенькие крепыши. Эти разборчивые поиски завели меня в глубь леса. Грибов вскоре стало куда меньше, затем они и вовсе исчезли, но я не жалел об этом, пресыщенный чрезмерностью удачи. Меня увлекло странствие по незнакомому лесу, менявшему свой облик по мере удаления от дачи. Низина сменилась возвышенностью, почва под ногами окрепла, и болотные травы уступили место папоротникам и хвощам. А затем сумеречный, веющий сыростью и прелью ольшаник и вовсе сошел; светло, молочно забелели березы, жемчужно заяснели осины, под ними шелково натянулась густая низкая трава, задымились столбы солнечного света, косо павшие на лес.

Я вытряхнул грибы из рубашки и надел ее на себя, безнадежно замаранную, приятно и остро пахучую от свинушек, и двинулся дальше. Радостно-тревожное чувство владело мною: я знал, что ушел не так уж далеко и все же куда сильнее оторвался от дома, чем если бы забрел в последнюю даль по знакомой, проторенной тропке. Загадочен был этот светлый, чистый березовый и осиновый лесок, выкроивший себе немалую площадь посреди ольшаника. Ведь ни березы, ни осины не имели выхода в простор. Я хорошо знал окрестность: и со стороны Дмитровского шоссе, и со стороны нашей дачи, и со стороны кочкастого болота, тянущегося за горизонт, лесные опушки были сплошь ольховые.

Чем дальше я шел, тем плотнее росли деревья, узкие прозоры между ними забил валежник, трава поднялась, стала в пол моего роста, а стройные, розовые, похожие на свечи цветы вознеслись куда выше моей головы, и все труднее пробираться вперед, и чуть посмерклось, потому что дымно-голубые столбы не могли пробиться сквозь теснотищу куп. И тут я набрел на этого мальчика, и свершилось главное чудо дня.

Небольшой, худенький, с узким лицом, загороженным круглыми очками в толстой черепаховой оправе, он полол, словно огородную гряду, невесть откуда взявшееся тут густо заросшее булыжное шоссе. Он уже расчистил довольно широкую полосу, и там плотно, крепко круглились сероватые в просинь и розоватость лобастые булыжники, а дальше шоссе терялось в густой поросли сорняков. Мальчик не только полол шоссе, он укреплял его по краям, вколачивая самодельной трамбовкой булыжники в гнезда.

— Здравствуй, — сказал он, обернувшись и доброжелательно глядя на меня большими коричневыми глазами из-за круглых плоских стекол оконной прозрачности.

— Здравствуй, — отозвался я. — Зачем ты носишь очки? У тебя же простые стекла.

— От пыли. Когда ветрено, дорога пылит, а у меня конъюнктивит, — пояснил он с гордостью.

— А что это за дорога? Я никогда ее раньше не видел.

— Не знаю… Ты не хочешь мне помочь?

Я пожал плечами и, нагнувшись, выдрал куст чертополоха с темно-красными цветами и цепкими шипиками. Затем я потащил какое-то длинное растение с сухими темными коробочками семенников, будто наполненными ватой. Растение не поддавалось, вцепившись в землю длиннющими волосяно-тонкими корнями. Я изрезал ладони, пока наконец вырвал его из земли. Да, это была работка! Недаром же у очкастого мальчика руки были в кровяных ссадинах. Мой пыл разом угас.

— Слушай, а зачем тебе это нужно? — спросил я.

— Ты же видишь, дорога заросла. — Он говорил, стоя на коленях, и щепкой выковыривал из земли какой-то корень. — Надо ее расчистить.

— Ну как же. — У него был вежливый, мягкий и терпеливый голос. — Цветы и травы своими корнями разрушают дорогу. Раньше булыжник лежал к булыжнику, а теперь видишь, какие щели.

— Я не о том. Зачем надо, чтобы она не разрушалась?

Он осторожно, за дужку, снял очки, ему хотелось получше рассмотреть человека, задающего такие несуразные вопросы, а припылившиеся стекла только мешали. Его не защищенные очками глаза оказались в еле приметном красном обводе, будто кто-то провел по векам тончайшей кисточкой. Видимо, это он и называл так звучно: «конъюнктивит».

— Если дорога разрушится, она исчезнет, и никто не узнает даже, что тут была дорога.

— Ну и черт с ней! — сказал я раздраженно. — Она все равно никуда не ведет!

— Все дороги куда-нибудь ведут, — сказал он с кроткой убежденностью и, водворив очки назад, принялся за работу. — Посуди сам, разве стали бы ее строить, если б она никуда не вела?

— Но раз ее забросили, значит, она не нужна?

Он задумался, чуть перекосив худенькое лицо, и даже перестал выдергивать цветы и травинки. В его коричневых глазах появилась боль — так трудно вложить в чужую душу самые простые и очевидные истины!

— Разве мы знаем, почему дорогу забросили. А может быть, кто-то на другом конце тоже пробует ее расчистить? Кто-то идет мне навстречу, и мы встретимся. Нельзя дорогам зарастать, — сказал он твердо. — Я обязательно ее расчищу.

— У меня одного — нет. Но кто-то идет мне навстречу и, может быть, прошел уже пол пути…

— Дороги — это очень важно. Без дорог никто никогда не будет вместе.

Смутная догадка шевельнулась во мне:

— У тебя кто-нибудь уехал далеко?

Он не ответил и отвернулся.

— Я буду тебе помогать! — неожиданно для себя самого вскричал я.

— Спасибо! — сказал он искренне, но без излишней горячности. — Приходи сюда завтра утром, сегодня уже поздно: пора домой.

— Там… — махнул он на чащу, поднялся, вытер ладони пучком травы, спрятал очки в карман, в последний раз погрузил меня в доброту своих коричневых глаз и пошел прочь, перепачканный, усталый, тщедушный, непреклонный дорожный строитель, и вскоре скрылся за кустами жимолости.

На другой день ни свет ни заря я устремился в лес. Непролазный, оплетенный долгими травами ольшаник в туманном выпоте, густых испарениях, оседавших влагой на коже, походил не то на джунгли, не то на дно схлынувшего моря. Ночью шел дождь, он дал могучий прирост всей жизни в природе: вытянулись, ярче зазеленели осоты; свинушки, будто я и не произвел вчера опустошения, так и перли из травы свежей прожелтью; в каждой лягушке скрывалась заколдованная принцесса — так были они величавы, исполнены надменности и нежелания посторониться.

Я мчался сквозь ольшаник, сам мокрый с головы до пят, охваченный жгучим нетерпением и умиленный предвкушением встречи с мальчиком на заросшем булыжном шоссе, — его вера уже стала моей верой. Я был уверен, что без труда отыщу шоссе, ведь это так просто: все прямо и прямо сквозь ольшаник, березовый и осиновый редняк и другой березовый лесок, забитый буреломом, и там обнажится чистая полоска синеватого и розового булыжника.

…Я так и не нашел заброшенного шоссе. Все было похоже на вчерашнее: и деревья, и травы, и валежник, и репьевые заросли, и розовые свечи высоких цветов, но не было ни шоссе, ни мальчика с коричневыми глазами. До заката мыкался я по лесу, измученный, голодный, с иссеченными травой и сушняком ногами, но все было тщетно…

Мне никогда уж не попадалось ни заброшенного шоссе, ни проселка, ни даже стежки, что нуждались бы в моем спасающем труде. Но с годами я по-иному понял наставление мальчика. В моем сердце начиналось много дорог, ведущих к разным людям: и близким, и далеким, и к тем, о ком ни минуты нельзя забыть, и к почти забытым. Вот этим дорогам был я нужен, и я стал на вахту. Я не жалел ни труда, ни рук, я рвал напрочь чертополох, и крапиву, и всю прочую нечисть, не давал сорнякам глушить, разрушать их, превращать в ничто. Но если я преуспевал в этом, то лишь потому, что всякий раз с другого конца дороги начиналось встречное движение. Лишь одну, самую важную дорогу не дано мне было спасти, быть может, потому, что никто не шевельнулся мне навстречу.

источник